Верховный суд России вернул водительские права женщине, которая ушла с места аварии из-за того, что плохо себя чувствовала еще до аварии
При этом машина осталась на месте происшествия, а женщина сообщила свой номер телефона другому участнику ДТП.
Нижестоящий суд расценил её действия как оставление места происшествия и лишил на год водительских прав. Женщина пожаловалась в Верховный суд, объяснив, что действовала в состоянии крайней необходимости, о чем не раз говорила и полицейским, и судьям. Все дело в том, что она изначально ехала в больницу.
В материалах дела указано, что гражданка «на момент рассматриваемых событий нуждалась в медицинской помощи, дорожно-транспортное происшествие произошло в период, когда она ехала на прием к врачу, и в непосредственной близости от медицинского учреждения. Умысла на оставление места дорожно-транспортного происшествия она не имела, направившись в медицинский центр, транспортное средство оставила на месте произошедшего события, водителю автомобиля сообщила номер своего телефона и просила позвонить ей по прибытии сотрудников ГИБДД. После приема врача вернулась на место дорожно-транспортного происшествия, однако, ни сотрудников ГИБДД, ни второго участника происшествия там не было».
Верховный суд с позицией нижестоящих инстанций не согласился. В Судебной коллегии по административным делам Верховного суда России пояснили, что данное административное правонарушение характеризуется умышленной формой вины: надо, чтобы человек бежал с места аварии сознательно, например, потому что не хотел отвечать за свои водительские ошибки.
«Правонарушение признается совершенным умышленно, если лицо, его совершившее, сознавало противоправный характер своего действия (бездействия), предвидело его вредные последствия и желало наступления таких последствий или сознательно их допускало либо относилось к ним безразлично». В данном же случае, умысла скрываться у женщины не было. Документально подтверждено, что она действительно шла к врачу. Для связи оставила свой телефон, так что, получается, ни от кого она не пряталась.